История студии Ghibli. Глава 2: Как Хаяо Миядзаки стал режиссёром

Прощай, Toei

После сокрушительного провала «Принца севера» дела у тандема Такахата-Миядзаки шли паршиво. По крайней мере у старшей его половины. Сорвав все сроки и бюджеты, Паку-сан настолько упал в глазах Toei, что в ближайшие годы будет довольствоваться режиссурой мультсериальных эпизодов. Ситуация выглядела однозначной: шанса снять ещё один полный метр ему больше не дадут. Уж точно не на этой студии.

Миядзаки же, отвечавший за художественную сторону фильма (далеко не провальную), в глазах руководства только вырос. В отличие от старшего товарища, ему ничто не мешало развиваться как аниматору и как рассказчику. Благо, руководство не забыло о вкладе в концовку «Космических приключений Гулливера» и стало доверять ему шлифовку не всегда стройных сценариев.

Следующим мультфильмом Хаяо Миядзаки после «Принца севера» стал «Кот в сапогах» (1969). Над развесёло-экшеновой историей по мотивам знаменитой сказки Мия-сан трудился со своим наставником Ясуо Оцукой. С этим проектом студия решила сменить организационный подход и распределила команды аниматоров не по персонажам, как делала это раньше, а по сценам. Как итог, из-под карандашей Миядзаки и Оцуки вышла динамичная финальная секвенция, в которой кот Перро и его друзья скачут по крышам замка, пытаясь спасти принцессу из рук адского владыки Люцифера. Да, эта версия вышла очень сильно по мотивам.

Когда с делами кошачьими было покончено, Ясуо Оцука решил покинуть Toei. Миядзаки остался на студии без твёрдой руки наставника, однако к тому моменту ему повезло обзавестись куда более важной опорой. В октябре 1965-го Миядзаки взял в жёны свою коллегу Акэми Оту. Как и Оцука-сан, она устроилась на Toei в год основания и рисовала фазы для «Легенды о Белой Змее» (1958) — того самого мультфильма, что привёл её будущего мужа на стезю анимации. Старожилы вспоминали, что рисунки Оты-сан ничуть не уступали работам супруга (даже наоборот), а ей самой пророчили большое будущее в профессии.

В 1967 году у четы Миядзаки родится первенец, которого назовут Горо. В 1970-м на свет появится второй сын, Кэйсукэ. Вопреки устоявшейся в индустрии дискриминации по отношению к замужним женщинам, Ота-сан умудрялась совмещать анимацию с уходом за детьми. Муж же, оставаясь лидером профсоюза, как мог, прикрывал её тылы. Заручившись пробивной поддержкой Такахаты, он открыл новый рабочий фронт, на котором коллеги боролись за права женщин-аниматоров.

Вместе с супругой Мия-сан трудился над «Космическими приключениями Гулливера», «Принцем севера» и «Котом в сапогах», а после — над мультфильмами «Летающий корабль-призрак» (1969), «Звериный остров сокровищ» (1971) и «Али-Баба и сорок разбойников» (1971). Вкупе с «Котом» эти ленты сложились в плеяду первых аниме, что на волшебном голубом вертолёте прилетели в гости к юным кинолюбителям Советского Союза. А когда на экраны выйдет третья часть усатой трилогии «Кругосветное путешествие Кота в сапогах» (1976), её посмотрят свыше 42 миллионов советских граждан — считайте, каждый шестой человек в огромной стране.

От проекта к проекту студия доверяла Миядзаки всё больше творческой свободы и организаторских задач. Однако тень провала «Принца севера» не покидала его, как и всех причастных. Логика и здравый смысл твердили, что карьера идёт в гору. Чутьё же подсказывало, что даже на вершине лестницы Toei ему никто не позволит заниматься большим творчеством. Мия-сан понимал: по-настоящему большие проекты найдут его только там, куда он пойдёт вслед за своим лучшим другом.

Аниме, которого нет: нерассказанная история «Пеппи Длинныйчулок»

К уходу из Toei Хаяо Миядзаки подготовился заранее. Ещё не покинув штата, он воссоединился с Ясуо Оцукой на его первом проекте на новом месте. Проектом были «Муми-тролли» (1969–1970) — мультсериал по всемирно любимым детским книжкам Туве Янссон. Местом же была небольшая студия A Production, занимавшаяся анимацией в альянсе с компанией TMS Entertainment.

Несмотря на недовольство Янссон (писательнице очень не понравилось, во что японцы превратили её плюшевых мумиков), мультик урвал свою долю зрительской любви. Не желая упускать возможностей, тандем TMS и A Pro решил с головой окунуться в адаптации западной детской литературы. Тогда руководство впервые присмотрелось к Пеппи Длинныйчулок — рыже-конопатой, зверски сильной и агрессивно самостоятельной девочке, придуманной шведской писательницей Астрид Линдгрен.

С подачи Оцуки-сана боссы TMS пошли на контакт с Исао Такахатой. Буквально протянули ему руку помощи, чтобы вытащить из режиссёрской ямы в подвале Toei. Но даже в столь отчаянной ситуации решение об уходе далось ему с большим трудом. Не будучи художником, Паку-сан не мог оборвать все связи и взяться за многообещающий проект в одиночку.

Миядзаки, давно смирившийся с отсутствием перспектив, поддержал старшего товарища со всей уверенностью. Третьим в их команду вписался Ёити Котабэ — художник по персонажам из творческого костяка «Принца севера». Тот, по собственному признанию, так вдохновился самоотдачей Такахаты, что впервые в жизни увидел в анимации нечто большее, чем труд за деньги. Под началом Паку-сана, рассказывал Котабэ, бесконечные потоки рисунков складывались в осязаемые миры.

• Кстати: Увольнение Мия-сана из Toei не прошло без жертв. Из-за пошатнувшегося графика жизни его жене пришлось бросить анимацию и посвятить себя воспитанию детей. Годы спустя Акэми Миядзаки признается, что очень сожалела об упущенных возможностях и часто злилась на своё решение.
• Её муж тоже вспоминал первые годы отцовства с недовольством — в первую очередь потому, что семейные обязанности вынудили его выучиться на права и сесть за руль. Ну вы понимаете, все эти выхлопные газы и богомерзкие технологии.

Работа над «Пеппи» протекала в атмосфере мандража. Проглатывая неуверенность в завтрашнем дне, каждый член экипажа занимался своим делом. Такахата прорабатывал характеры героев и строчил подробнейший сценарий. Миядзаки, отталкиваясь от его идей, визуализировал мир и прикидывал облик конкретных сцен. Котабэ прорисовывал персонажей и предварительную анимацию — причём в его эскизах угадывается влияние союзмультфильмовского (и тоже астридлиндгренского) «Малыша и Карлсона».

Узнав о болезненном отношении Линдгрен к экранизациям своих книг, Миядзаки пошёл на отчаянный шаг. Он решил лично отправиться в Швецию, чтобы познакомиться с писательницей и представить ей весь ворох наработок — а между делом найти вдохновение в местах, где могла бы поселиться Пеппи.

До Мия-сана в аниме-индустрии никто таких поездок не совершал. Собираясь в дорогу, он ещё не знал, что его миссия обречена на провал. И всё же увиденное навсегда изменило его как художника.

В бесконечном ожидании Линдгрен, которая из раза в раз ссылалась на усталость, Мия-сан выжал из своей экскурсии всё возможное. Первым делом он посетил Скансен — этнографический музей под открытым небом, воссоздающий традиционный быт и культуру Скандинавии. Здесь аниматор с удивлением обнаружил оживший мир, который сам пытался изобразить в «Принце севера», пусть и в более ранней эпохе.

В стокгольмской гостинице Миядзаки позволил себе заказать чуть ли не все блюда из меню, просто чтобы понаблюдать за их готовкой.

Европа открыла перед Миядзаки дивный новый мир. Линдгрен же оставила впечатление, будто все эти дни он зря обивал пороги. Писательница так и не встретилась с аниматором. Даже не подумала взглянуть на месяцы трудов его команды.

Отказ в экранизации «Пеппи Длинныйчулок» студия TMS получит через третьи лица и без объяснения причин. Позже один из сотрудников вспомнит, как писательница пришла на телепередачу, где между делом заклеймила японскую анимацию как «слишком жестокую». Знала ли Линдгрен о разочаровывающем опыте Туве Янссон, нам остаётся лишь гадать.

Мия-сан вернулся домой с поражением — но в то же время он привёз с собой бесценный опыт. Кроме того, он знал, что наработки по «Пеппи» никуда не пропадут. Нужно лишь подобрать для них новую историю.

Люпен, ты перерисован!

Эту часть истории не рассказать без представления яркого героя второго плана.

1969 год. Место действия: зрительская трибуна гоночного трека в Фунабаси, что в часе спокойной езды от Токио. Наш POV: Ясуо Оцука-сан — учитель Хаяо Миядзаки, самая быстрая аниматорская рука Японии и большой поклонник всего, что обожают мальчишки 10-14 лет. Среди этого «всего» особенно выделялись две вещи: автомобили и оружие. Поэтому, если вы введёте в Google «Yasuo Otsuka art», вам выдаст десятки профессиональных эскизов, заряженных энергетикой подростковых альбомов для рисования.

Сложив известные факты об этом персонаже, можно с уверенностью сказать, что до своих любимых гонок Оцука-сан добирался куда быстрее, чем за один пенсионерский час. До устройства на Toei Animation он работал в токийском отделе по борьбе с наркотиками (правда, не оперативником, а экспертом по огнестрелу). Многим позже, в начале 80-х, он сперва напугал, а затем повеселил коллег-аниматоров историей с заездом в нетрезвым виде, в результате которой похоронил свой Fiat 500 под грудой строительного гравия (Миядзаки подробно описывает этот эпизод в своих мемуарах Starting Point: 1979-1996).

Аккурат между этими двумя отрезками к Оцуке, наблюдавшему за очередной гонкой, как бы невзначай подсел импозантного вида мужчина. Он носил очки, разговаривал как якудза и с каждой новой «случайной» встречей вставлял в разговор всё больше терминов из анимации. Довольно скоро он перешёл от смол-тока к рассуждениям в духе «вот бы японские аниматоры научились лучше прорисовывать автомобили». Или «вот бы в Японии начали снимать мультфильмы для взрослых».

Этим человеком был Ютака Фудзиока — основатель уже знакомой нам студии TMS Entertainment. Перестав ходить вокруг да около, он предложил Оцуке взяться за экранизацию «Люпена III» — безумно популярной манги за авторством Манки Панча.

Этот материал идеально ложился на художественные интересы Оцуки-сана. Настолько, что тот согласился уйти с обжитого места на Toei и обосновался на небольшой студии A Production. Та работала подрядчиком на проектах TMS и почти целиком состояла из таких же тоэевских выпускников.

Особняком в коллективе держался ещё один кадр — режиссёр-постановщик Масааки Осуми, выходец из кукольного театра. Коллеги вспоминали его как бунтаря и ярого противника больших авторитарных студий. Подобно Исао Такахате, Осуми не рисовал сам, зато отлично спорил и умел на словах сложить проект в цельную картину.

• Кстати: Помните «Муми-троллей»? На этом мультике Оцука и Осуми впервые поработали вместе. И здесь становится намного понятнее, почему грубоватый японский взгляд на плюшевый мир Туве Янссон привёл писательницу в тихий ужас.
• Под «грубоватым» стоит понимать то, что Оцука не сдержал своих фетишей и до зубов вооружил мумиков пистолетами и винтовками с оптическим прицелом. Кроме того, творческая команда зачем-то нарисовала троллям большие рты. На справедливый взгляд Янссон (тоже художницы), это решение иссушило саму эссенцию их милоты (см. Визуальные бонусы).

Где-то между первой и последней серией «Муми-троллей» Осуми и Оцука сдали пилотный эпизод «Люпена» (1969). Фильм-прототип ярко представил пятёрку главных героев и побуквенно воспроизвёл стиль оригинальной манги. Он был сколочен из чистого действия — погонь, перестрелок, взрывов, воровских многоходовочек Люпена, одной постельной сцены и откровенного танца роковой красотки Фудзико, смонтированного в духе британского кино Свингующих 60-х. Всё это за 12 минут хронометража и с прорывным по меркам аниме уровнем детализации. В грядущем сериале не будет условно обрисованных пистолетов, автомобилей и часов — лишь настоящие модели. Сам Люпен с гордостью колесил на Mercedes-Benz SSK, просто потому что то была любимая марка Гитлера.

Пилот «Люпена» произвёл столь недетское впечатление, что денег команде никто не дал. Лишь спустя год тяжёлых переговоров телеканал Yomiuri TV решил пойти на риск и запустил проект в производство. Доверившись видению режиссёра (либо не придав ему значения), продюсеры допустили выход не просто взрослого, а откровенно декадентского аниме. К такому контенту публика малых экранов Японии оказалась не готова.

Стоило первым эпизодам показать катастрофически низкие рейтинги, как руководство Yomiuri TV вызвало виновных на ковёр. Они потребовали в срочном порядке выбить из сериала всю «взрослую» дурь и переделать его под детскую аудиторию.

Несмотря на серьёзные просчёты со стороны телеканала («Люпен» почти не рекламировался и вместо ночного 18+ слота почему-то попал на вечерний семейный), всех собак спустили на Осуми. Тот в ответ, хлопнув дверью, ушёл с поста режиссёра, после чего на несколько лет впал в апатию. Приказ перелопатить «Люпена» посреди релиза показался ему не просто невыполнимым — он воспринял его как унижение.

Здесь-то мы и возвращаемся к центральному вопросу этой главы: «Как Хаяо Миядзаки стал режиссёром?» Ответ, с одной стороны, прост: ему поручили экстренно перерисовывать «Люпена III». С другой стороны, ответ многогранен.

• Хаяо Миядзаки дебютировал в режиссуре:
• В безумной спешке;
• Из профессиональной безысходности (в свете неудачи с «Пеппи Длинныйчулок»);
• В неразрывном дуэте с Исао Такахатой;
• На правах анонимности (в титрах «Люпена» будут указаны не их имена, а «режиссёрская команда A Production»);
• В конце концов, сотворив маленькое стахановское чудо.

С пятого эпизода сериал начал меняться. Цинично-обезьяньи повадки Люпена со временем переросли в беззаботный оптимизм. Сам герой, то и дело терявший награбленные богатства, закономерно пересел с раритетного Mercedes-Benz SSK на простенький Fiat 500 — модель, которую оставшийся в проекте Ясуо Оцука-сан знал как свои пять пальцев. Люпеновское чувство юмора стало добрее, дешёвый эротизм красотки Фудзико сошёл на нет, а серьёзный самурай Гоэмон превратился в лёгкий комик-релиф, пусть и способный разрубить напополам несущийся автомобиль.

Как бы не старались Миядзаки, Такахата и Оцука (а старались они изо всех сил), им не удалось целиком очистить «Люпена» от былого декадентства. Сериал стал заметно пригоднее для семейного просмотра, но его героев штормило от остатков старого режиссёрского решения к новому — от любимого кабриолета Гитлера к компактной машинке Оцуки-сана. Кроме того, хлопнувший дверью Осуми оказался прав: никакие усилия не спасли ситуацию с рейтингами. По крайней мере поначалу.

Звёздный час «Люпена III» ещё пробьёт. Из-за первоначального провала сериал превратится в разменную монету, которая будет ходить от одного маленького телеканала к другому, заполняя собой десятки и сотни часов эфира. Похождения Люпена — этого не то благородного вора, не то бессовестного психопата, — увлекут зрителя своей неоднородной, но потому и неповторимой энергетикой.

Свежеобретённый культовый статус приведёт сериал к продолжению. «Люпен III: Часть 2» будет выходить с октября 1977-го по октябрь 1980-го. В отличие от первой части, выпустившей 23 эпизода из 26 запланированных, вторая растянется на целых 155 серий. И каждая из этих серий уже чётко будет знать, что её Люпен — это никакой не головорез с грязных улиц Токио, а тот самый неунывающий авантюрист, перерисованный Хаяо Миядзаки, переписанный Исао Такахатой и приведённый в движение Ясуо Оцукой.

В 1972 году, когда первого «Люпена» снимали с эфира, до основания студии Ghibli было ещё очень и очень далеко. Однако уже тогда Мия-сан и Паку-сан начали формулировать для себя негласный кодекс, которому будут следовать на протяжении всей карьеры. Один из постулатов этого кодекса можно сформулировать так:

Визуальные бонусы

Наработки для нереализованной «Пеппи Длинныйчулок» за авторством Хаяо Миядзаки и Ёити Котабэ: