Канобу — фильмы, сериалы, игры и другие современные развлечения
В августе Netflix объявил каст  «Анны К» — первого российского сериала, который делается специально для платформы. В связи с этим «Канобу» оглядывается на успехи российских фильмов и сериалов на американской платформе — вместе с сооснователем студии «Водород» Михаилом Врубелем, у которого на Netflix вышел спродюсированный им фильм «Спутник». Михаил объяснил, как Netflix работает с российскими компаниями, почему Netflix решил выйти на рынок оригинальных российских сериалов в 2021 году с адаптацией русской классики. А также ответил на вопросы о том, как «Анна К» и дальнейшие оригинальные проекты платформы повлияют на наше кино и телеиндустрию в целом.
В августе Netflix объявил каст «Анны К» — первого российского сериала, который делается специально для платформы. В связи с этим «Канобу» оглядывается на успехи российских фильмов и сериалов на американской платформе — вместе с сооснователем студии «Водород» Михаилом Врубелем, у которого на Netflix вышел спродюсированный им фильм «Спутник». Михаил объяснил, как Netflix работает с российскими компаниями, почему Netflix решил выйти на рынок оригинальных российских сериалов в 2021 году с адаптацией русской классики. А также ответил на вопросы о том, как «Анна К» и дальнейшие оригинальные проекты платформы повлияют на наше кино и телеиндустрию в целом.

Как строится сотрудничество с Netflix

Какие у Netflix типы покупки российских проектов? Можете кратко рассказать нам о каждом из них?

Их три. Первый – это производство напрямую для Netflix под брэндом Netflix Originals, которое первыми в России начали 1-2-3 Production c cериалом «Анна К». Чуть позже выйдут новости ещё про нескольких игроков, о которых я знаю, но пока говорить не могу.

Проекты, естественно, сформулированы не Netflix, а производящими компаниями, продюсерами, авторами. Платформа работает с ними ещё с этапа development. Проект рождается в продюсерской компании, развивается до определенного этапа и презентуется площадке. Если площадка берёт проект, то участвует далее в его разработке.

Второй тип покупки – приобретение готового продукта, обычно кино, а не сериала. Он тоже выходит под брэндом Netflix Originals. Это произошло с «Серебряными коньками» продюсера Петра Анурова, «Майором Громом» студии Bubble и «Чернобылем» Александра Роднянского. Это не значит, что только благодаря продюсерам проект попадает на Netflix. Это совокупность факторов и заслуг разных людей на всех этапах: от сценария до тех, кто занимается реализацией прав на фильмы.

Третий тип сделки – это библиотечная покупка фильмов, которые уже где-то вышли и пользовались успехом. Они просто размещаются на Netflix, как и огромное количество других фильмов. Не нужно сейчас делать вид, что тот же «Спутник» — большой выстрел на Netflix, это просто один из проектов, который заинтересовал платформу. У нас есть другие переговоры с ними по другим проектам, и это будет уже в ином статусе.

«Netflix — чемпионат мира»: продюсер «Спутника», «Притяжения» и «Чик» о шансах российских проектов

Кадр из фильма Фёдора Бондарчука «Вторжение»

Чем отличается второй тип покупки от первого?

При первом типе покупки проект не может быть продан кому-либо еще, не может быть заявлен на другой площадке. Изначально проект выходит и продвигается на оригинальной территории, а позже может быть доступен по всему миру. Тогда площадка вкладывает дополнительные ресурсы для продвижения. Это то, что Netflix считает своими топ-проектами, даже если они не англоязычные.

Эксклюзивность для платформы при этом подразумевается?

Я не знаю точный срок продаж, но на ближайшие минимум три года, а может быть и дольше, это будет только на Netflix. Как мы видим, такое часто не противоречит кинотеатральному показу, Netflix его не блокируют, а делают свою дистрибьюцию после завершения показа. Но на других платформах фильм не выходит.

О российских сериалах на Netflix

Почему до «Анны К» на платформе не было оригинального сериала из России?

Это связано с соблюдением глобальной стратегии Netflix. Изначально стратегия была с абсолютным упором на англоязычные продукты [речь об оригинальных англоязычных сериалах Netflix: от «Карточного дома» до супергеройской линейки сериалов с Marvel, — ред.]. Они делали ту же «Тьму» или какие-то испанские вещи, но это были единичные случаи. Сейчас стратегия изменилась, они полноценно заходят в локальное производство на разных территориях, в том числе и в России.

Территорий этих всё равно не так много [Франция, Германия, Индия, Италия, Япония, Корея, Норвегия, Польша, Португалия и Испания, — ред.], и в этом смысле России есть чем гордиться. Мы сегодня — полноправная уже в мировом смысле киноиндустрия, которая способна производить продукт, интересующий международную аудиторию. Мы дозрели, они дозрели. На этом стыке всё сейчас происходит, я уверен, что будет только активнее развиваться.

«Лучше, чем люди» был первым российским сериалом под брендом Netflix Originals, вторым была «Эпидемия»…

Да, это как раз были уже созданные проекты, которые Netflix оценил как проекты с международным потенциалом.

«Netflix — чемпионат мира»: продюсер «Спутника», «Притяжения» и «Чик» о шансах российских проектов

Обложка «Эпидемии» на сайте Netflix

Если бы не эти сериалы на Netflix, стала бы сейчас платформа заказывать в России полностью оригинальный проект?

Думаю, что безусловно стала бы, потому что качество российского кино-сериального производства значительно растёт во всех смыслах. Но когда именно Netflix задумался о производстве контента в России, я, конечно, точно сказать не могу.

При этом в мире в целом сильно вырос интерес к неанглоязычному контенту: это связано и с общей глобализацией, и с пандемией, потому что многие американские проекты встали в производстве и не вышли вовремя. Зритель нуждался в новом контенте, и стал смотреть очень активно проекты, снятые не на английском языке и не на территории Соединённых Штатов и Великобритании.

Почему первым оригинальным проектом стала адаптация русской классики?

Могу только предполагать. Мне кажется, тут дело в сильной команде: Валерий Федорович и Евгений Никишов [продюсеры сериалов «Полицейский с Рублевки», «Эпидемия», — ред.] в числе мощнейших российских продюсеров. Сериал снимают очень сильные режиссёры [Федорович, Никишов, Алексей Чупов и Наташа Меркулова, работавшие над сериалом «Колл-центр», — ред.] разрабатывают очень сильные авторы [Роман Кантор, автор «Эпидемии» и «Мёртвого озера», — ред.], отличный кастинг. Я не читал сценарий, но уверен, что им удалось сделать оригинальную адаптацию.

В этом смысле это довольно надёжная история. С точки зрения брэнда ты берёшь то, что широко известно. С точки зрения литературного материала ты берёшь супер-высококачественную литературу, адаптируешь её, это даёт ощущение, что у проекта явно будет высокий зрительский интерес — при условии, что команда высочайшего уровня.

О покупке фильма «Спутник»

«Спутник» — российский научно-фантастический триллер, рассказывающий о возвращении из космоса советского космонавта Вешнякова (Пётр Фёдоров), который привез с собой враждебную инопланетную форму жизни. Действие разворачивается в засекреченном центре, где нейрофизиолог Татьяна (Оксана Акиньшина) ищет способы отделить человека от его «спутника». У картины солидные оценки на западных сайтах-агрегаторах: 61 балл на Metacritic и 88% «свежести» на Rotten Tomatoes. В России фильм вышел в апреле 2020 года (сразу в онлайн-формате), на цифровых платформах за рубежом — в августе того же года.

Как вы оцениваете интерес к «Спутнику» на Netflix?

На Netflix фильм оказался уже в апреле 2021 года. Понятно, что это уже такой хвост интереса. Изначально на него обратили внимание весной прошлого года, когда у нас были первые строчки в жанре «Хоррор/Триллер» на американском iTunes и других мировых платформах. Год — это много. Чем дольше фильм доступен на разных платформах, тем меньше к нему интерес.

В США на Netflix фильм недоступен, только в Европе?

Недоступен, поскольку в США мы фильм дистрибьютировали изначально через компанию XYZ, у них свои точки распространения, они не отдавали никому эксклюзивов. Он доступен на разных американских платформах, но не на Netflix.

«Netflix — чемпионат мира»: продюсер «Спутника», «Притяжения» и «Чик» о шансах российских проектов

Кадр из фильма «Спутник»

То есть сейчас уже трудно оценить, насколько релиз фильма на Netflix важен для мировой подсветки проекта?

Да, 90% внимания мы прошли, осталось 10% на Netflix. Это внимание приятно, но оно, конечно, не основополагающее.

Что требуется от жанрового фильма, чтобы пробиться на Netflix?

Давайте сформулируем шире: что требуется для российского жанрового фильма, чтобы быть замеченным в мире. Я сейчас говорю про кино зрительское, не фестивальное.

Первое — это очень внятная жанровая концепция, что у «Спутника», что у «Майора Грома», это жанры, которые очень понятны международной зрительской аудитории, что в США, что в Японии, что в Европе. Если говорить про «Спутник», то это сайфай-хоррор или сайфай-триллер, уже на стадии концепции отвечающий жанровым ожиданиям зрителя.

Второе — оригинальный для иностранного зрителя мир. Если говорить про «Спутник» – это мир советского пространства, связанного с космосом и космонавтами, и при этом с присутствием в нём некой инопланетной сущности. В «Майоре Громе» это мир придуманного Готэм-Петербурга или Санкт-Готэма, который с одной стороны узнаётся и опознаётся как российский, но при этом абсолютно точно показан с точки зрения комиксового жанра.

Третье — это аттракционная часть. В «Спутнике» это высокий уровень компьютерной графики, художественное исполнение трюков, экшена.

И четвёртое — неважно для какого зрителя, — это содержание истории. Её внятность, точки зрительского интереса, эмоциональность, уникальность; сценарные, драматургические требования, которые безусловно должны быть соблюдены.

А как насчет режиссёрских требований?

Я сейчас не разделяю, я имею в виду сценарно-режиссёрские требования, историю, которую нам рассказали.

Сделка с Netflix связана с решением студии Village Roadshow делать американский ремейк?

Думаю, что нет. Это две разные абсолютно вещи. Безусловно связано с тем, что фильм заметили, и он имел успех в США и на других территориях [речь об успехе у критиков и зрителей, в широкий прокат фильм не поступил из-за пандемии — ред.]. Я думаю, это скорее связано с качеством фильма и откликами на него.

О влиянии Netflix на российскую индустрию

Как сотрудничество российских компаний с Netflix повлияет на наше кино и телеиндустрию в целом?

Я считаю, что выход российского кино на международные территории, в том числе и Netflix, должно сказаться крайне позитивно. Раньше российские фильмы конкурировали напрямую с лучшими представителями голливудских блокбастеров, арт-кино и более нишевыми, жанровыми проектами. Но эта конкуренция за зрителя, который находится в некоторой степени лояльности к русскоязычному продукту, он в нём нуждается по определению.

Это видно и по тому, что произошло на российском телевидении с сериалами. Если помните, в 90-е годы не было никакого российского продукта на телике, а только «Рабыня Изаура» и масса южноамериканских проектов. Потом это всё пропало, причём без каких-либо санкций и специальных условий. Просто русский зритель при условии, что качество стало подобающим, однозначно сделал выбор в сторону русского сериала. И уже даже большие, топовые, лучшие американские сериалы не могли стать в прайм на телевизионных каналах просто потому, что не было востребованности.

Netflix — это чемпионат мира, ты конкурируешь с тем, что сделано за другие бюджеты, в индустрии с абсолютно другим опытом, которая на век старше, чем современное российское кино и сериальная индустрия! Это реальная борьба, реальные соревнования, в которых всегда люди закаляются, улучшаются, учатся ставить себе новые планки, переходят новые горизонты и так далее. Поэтому я однозначно считаю, что будет только позитивный эффект.

«Netflix — чемпионат мира»: продюсер «Спутника», «Притяжения» и «Чик» о шансах российских проектов

Кадр со съёмок сериала «Чики» / «Марс Медиа»

На российские онлайн-площадки приход Netflix в оригинальный русскоязычный контент тоже повлияет?

Надо посмотреть, сколько продуктов Netflix будет заказывать у российских производителей. Я думаю, что объёмы все равно будут ограничены, скорее всего, даже не десятки наименований в год, а штучные заказы. Значит, Netflix будет ещё одним, причём не самым крупным игроком, по сравнению с ivi, more.tv, например, который работает с российскими компаниями.

Главная проблема в России — ограниченность творческих ресурсов. Сценаристов, режиссёров, артистов высокого уровня по-прежнему катастрофически мало. Их больше, чем было десять лет назад, безусловно, но всё равно немного. Борьба идёт за этот ресурс. Сколько Netflix этого ресурса уведёт к себе, сколько сценаристов, режиссёров, актёров займет на своих проектах? Думаю, что не преступно много.

При этом опять же опыт работы с таким партнёром, как Netflix, ещё больше поднимает уровень творческих кадров. Будет только плюс, если люди снимут сегодня для Netflix, завтра для more.tv, а послезавтра для ivi и так далее.

Фото в материале: сайт Art Pictures Studio, сайт «Марс Медиа»