Рецензия на фильм «Баллада о маленьком игроке» с Колином Фарреллом: ставка Бергера не зашла

Голливудский мастер Эдвард Бергер выпустил на Netflix «Балладу о маленьком игроке» — фильм с Колином Фарреллом, который на протяжении полутора часов бегает по красочному Макао в попытке раздобыть денег на «последнюю ставку». Подробнее о том, что из этого вышло, рассказывает Роман Волынский.

• США перед лицом ядерной угрозы: рецензия на триллер «Дом динамита»

Как все это начинается?

Герой Фаррелла, самозваный лорд Дойл, просыпается в захламленном люксе и, похоже, осознает, что его финал близок. Менеджеры и управляющие казино уже давно за ним приглядывают. У него есть три дня, чтобы закрыть внушительный долг перед отелем. Будучи образцовым игроком и пьяницей, он видит лишь один выход — сыграть партию в баккара, исход которой решает чистая случайность.

Ситуацию осложняет появление настырной ирландки (Тильда Суинтон), сотрудницы сыскного агентства. Она разыскивает некоего Райли, подозреваемого в краже денег у богатой старушки в Великобритании.

Впрочем, сам лорд Дойл (он же мистер Райли) все еще держится на кураже. Он убеждён, что фортуна должна снова улыбнуться ему. Судьба сводит его с Дао Минь (Чэнб Фала) — местной ростовщицей, ссужающей отчаявшихся. Загадочным, хоть и не до конца понятным образом, она видит в Дойле родственную душу и оставляет ему подарок к Фестивалю голодных духов.

Кто снял?

Немецкий режиссёр Эдвард Бергер, бывший телевизионщик, уверенно нашел себя в большом голливудском кино — снимает он, безусловно, качественно. Его «На Западном фронте без перемен» — работа профессиональная, эффектная и жёсткая, но все в ней чересчур слаженно, без перегибов и аккуратно. Неожиданный «Конклав» о выборах понтифика радует свежими акцентами, напряжением в коридорных интригах и выверенной драматургией; однако когда дело доходит до больших христианских смыслов, Бергер проседает. И да, все фильмы по адаптированному сценарию.

На этот раз перед нами экранизация современного романа британца Лоуренса Осборна, давно обосновавшегося в Бангкоке и, видимо, именно там написавшего книгу, принесшую ему международное признание. За адаптацию взялся Роуэн Жоффе, сценарист экшен-триллеров («Американец», «Три секунды»). Бэкграунд создателей наводил на мысль, что экранизация у них получится, скажем так, глянцевой и качественной, только без глубины и экзистенциального измерения, а что еще важнее для данного сюжета — без собственного стиля.

• 15 лучших психологических фильмов ужасов: когда страх таится в разуме

Что мы видим?

Описывать блеск ночного Макао, игорной столицы вселенной, даже неловко. Если вы видели фильмы Николаса Виндинга Рефна, особенно «Только Бог простит» (действие — в Бангкоке), или «Вход в пустоту» Гаспара Ноэ (о блуждании американцев по Токио), то вполне конкретное представление у вас уже есть. Здесь те же неоновые контрасты, холодные бирюзовые и розовые тона, нарочито эстетизированная ночная среда.

Проблема в том, что если когда-то такой взгляд смотрелся свежо, а экзотичность азиатских мегаполисов завораживала, то сейчас, в 2025 году, это стало общим местом. Чем визуал «Баллады о маленьком игроке» отличается от условного тиктока на тему городского вайба, снятого умелым любителем? На этом фоне немного странно слышать сравнения эстетики «Баллады» с фильмами гонконгца Вонг Кар-Вая. Визуальный ряд последнего, в общих словах, можно описать как сырой, спонтанный, где красота рождается благодаря случайным ошибкам (думаю, это и есть взгляд коренного жителя). У Бергера же каждый кадр безупречно выверен, а каждый цветовой акцент — тщательно подобран. Но эта «идеальность», повторюсь, смотрится не просто вторично, но и безвкусно.

Что там с Колином Фарреллом?

Герой Фаррелла называет себя «гуайло» — белым призраком-чужестранцем, чья потерянная душа блуждает по улицам мегаполиса. Признаю, этот образ всегда был мне близок по личным причинам, однако лорд Дойл со своими усами и суетливыми повадками вызывает ассоциации уже не с трагическим героем, а скорее с тараканом. Разве не об этом говорит его поразительная способность приспосабливаться к любой ситуации? Достаточно одного взгляда на него, чтобы понять: на самоубийство, лейтмотив которого проходит через весь фильм, он не способен. Только тапком прибить, что и пытается сделать героиня Суинтон.

Наиболее сильные сцены Фаррелл отыгрывает в состоянии болезненного припадка — гримасы, льющийся пот, судорожное скручивание тела. Кажется, вот-вот что-то живое прорвется — и в нём и в самом фильме. Но нет: лорд Дойл просто смачно заедает внутреннюю пустоту деликатесами и сладостями, а потом хорошенько проблёвывается. Здесь Бергер, по сути, высмеивает самого себя: нашпиговать фильм операторскими и монтажными приемами недостаточно — вся «внутрянка» все равно выйдет наружу.

• Проработай это: Терапевтические фильмы и игры

Итоговые впечатления

При всей сделанности фильма Бергер путается в интонациях. Некоторые сюжетные ходы, например, его первый выход из отеля, работают по законам комедии. Думается, так бы фильм и продолжался — вышло бы лучше. Однако вскоре начинается галлюцинаторная трясучка, помпезная попытка придать повествованию глубины и серьезности. Но для подобного Бергеру не хватает то ли проницательности, то ли смелости.