Канобу — фильмы, сериалы, игры и другие современные развлечения
Читай нас
Иногда при сочетании двух несовместимых ингредиентов получается нечто прекрасное. Это правило работает во многих сферах, в том числе и в литературе.<br /><br />Есть фантастика — там роботы, космические корабли, виртуальная реальность. Есть фэнтези — там рыцари, драконы и магия. Казалось бы, жанры совершенно разные, и точек пересечения почти не найти. Но есть писатели, которые смело стирают границу, и бывает сложно определить, к какому именно направлению стоит отнести роман. Сегодня рассказываем о нескольких ярких тому примерах.
Иногда при сочетании двух несовместимых ингредиентов получается нечто прекрасное. Это правило работает во многих сферах, в том числе и в литературе.

Есть фантастика — там роботы, космические корабли, виртуальная реальность. Есть фэнтези — там рыцари, драконы и магия. Казалось бы, жанры совершенно разные, и точек пересечения почти не найти. Но есть писатели, которые смело стирают границу, и бывает сложно определить, к какому именно направлению стоит отнести роман. Сегодня рассказываем о нескольких ярких тому примерах.

«Князь света» Роджера Желязны

Что почитать из фантастики на стыке с фэнтези - фото 1

Роджер Желязны никогда не был сторонником простых воплощений жанра. Даже для фантастики его романы пестрят оригинальными решениями, зрелищными деталями и глубоким символизмом. Сложно поверить, что «Князь света» вышел в 1967 году, больше полувека назад. Но эту немыслимую смесь научной и космической фантастики с фэнтези, основанным на мифологии индуизма, Желязны действительно написал еще на заре своей карьеры.

Итак, космический корабль «Звезда Индии» основывает колонию в другой звездной системе. Победив большинство существующих на планете форм жизни, люди провозглашают их демонами, а себя — богами. Технологические возможности позволяют «богам» поддерживать бессмертие, перенося свои сознания в новые тела, а также открывают особые возможности. Таким образом первые поселенцы сохраняют власть над потомками, заставляя поклоняться себе и жестоко пресекая попытки развития прогресса среди простых людей.

Научная фантастика, религия и философия — все это сплелось здесь в тугой клубок. Желязны относится к выбранной культурологической базе предельно уважительно, в то же время обыгрывая ее смело и изящно. Главный герой, Сэм — новый Сиддхартха, который собирается жить среди людей и бороться за них с бывшими товарищами, первыми поселенцами. Они забыли, за что сражались. И пусть у них есть своя правда — у всех персонажей она имеется, здесь нет «просто злых» — она ведет к застою. Пожалуй, конфликт между «безопасным» консерватизмом и риском познания можно назвать центральным в книге.

Кроме этого в «Князе света» восхищает уровень проработки мира, все детали нового быта на другой планете, управляемая «богами» реинкарнация и элементы твердой научной фантастики. И «узелки», которые привязывают эту картину к мифологическому фундаменту, созданному самими персонажами-богами. Захватывает и идея, как люди повторяют знакомые им картины, когда строят собственный мир. Что наши корни всегда остаются с нами. Но обречены ли мы повторять ошибки?

«Падение» Нила Стивенсона

Что почитать из фантастики на стыке с фэнтези - фото 2

Стивенсон никогда не был писателем, который играет по правилам. Он делал то, что любит, что кажется ему правильным и интересным, подбирал метафоры, которые нестандартны, но подходят тому или иному его творческому высказыванию. Он воспевал торжество науки и критиковал общество различными способами. Мы обязаны ему второй волной популярности киберпанка, и со временем даже книги, которые он считал странными и экспериментальными, нашли множество поклонников. Когда кажется, что планка ожиданий становится непомерно высока, он просто меняет правила, создает то, чего никто от него не ждет. Нечто новое и удивительное. Таким романом оказалось и «Падение».

По собственному определению Стивенсона, это «высокое фэнтези, встроенное в технотриллер». Значительная часть книги разворачивается в цифровом посмертии, которое герой медленно создает по образу и подобию обрывочных воспоминаний о реальности. Где-то Библия, где-то «Властелин колец», где-то вообще греческая мифология. Это немного переосмысленные легенды о создании мира, фантазия на тему классических сюжетов, где только читатель знает, что все «не по-настоящему». Герои романа просто участвуют в событиях эпического масштаба, сражаясь за то, во что верят.

А начинается все с того, что главный герой, Ричард «Додж» Фортраст, умирает. Он оставляет завещание: отсканировать его мозг и, когда появится возможность, воссоздать себя в цифровом варианте. Поскольку Додж был миллиардером, его маленькая причуда выполняется. Проходят годы, прежде чем он попадет в свое виртуальное посмертие, и пусть процесс был выполнен не совершенно, гениальное сознание героя сохраняет невероятную созидательную силу, которая быстро обеспечивает ему влиятельных соперников. В то же время у читателей сохраняется возможность наблюдать за переменами, которые происходят в «мире живых», и это не дает нам раствориться в «виртуальном загробном фэнтези».

В каком-то смысле такой выбор «жанра» цифровой реальности подчеркивает контраст, на котором построен весь роман. Душа и машина. Боги и демоны. Мы наблюдаем упадок мира будущего, мира технологий пока «внутри компьютеров» происходит нечто гораздо более архаичное, почти мифическое. Это возвращает к вечным вопросам, глубоким и в то же время простым, о том, что верно, а что ошибочно.

Стивенсон использует фэнтези и компьютеры, чтобы рассказать нам о том, что боги тоже учатся и совершают ошибки. По сути, он показывает рождение новой вселенной, ненавязчиво намекая на симуляцию внутри симуляции внутри симуляции. И за рождением следует искажение. Природа его появления — один из многих вопросов, на которые предлагает поразмышлять эта книга. И персонажи, которые остались живыми, могли бы присоединиться к нам в этом размышлении, но у них совсем другие заботы. И это отдельная, более злободневная сюжетная линия.

«Гидеон из Девятого дома» Тэмсин Мьюир

Что почитать из фантастики на стыке с фэнтези - фото 3

Дебютный роман, который оглушительно прогремел на Западе. «Лесбиянки-некроманты исследуют готический дворец с привидениями в космосе!» — гласит первое предложение отзыва от Чарльза Стросса, автора «Аччелерандо» и «Каталога катастроф», а также лауреата премий «Локус» и «Хьюго». Впрочем, и сама Тэмсин Мьюир теперь является лауреатом премии «Локус». А «Гидеон из Девятого дома» стала лучшей книгой 2019 среди всех фантастических и фэнтезийных романов по версии Amazon. И это очень удачная категория, потому что если бы пришлось выбирать, к какому все-таки жанру отнести «Гидеон» — к фантастике или фэнтези — ответить было бы сложно.

Бессмертный Император в полном странностей и опасностей дворце созывает своих вассалов, магов и рыцарей на смертельное испытание. Все происходит в космосе, а отдельные Дома некромантов правят целыми планетами. Кстати, дело не ограничивается элементами фантастики и фэнтези, в повествование также вплетены герметичный детектив, ужасы и черная комедия. Жонглируя этим набором с удивительным проворством, Мьюир создает собственную эстетику, живую завораживающую вселенную внутри книги. Дополните это язвительным и легким литературным языком и получите роман, который завоевывает сердца читателей с космической скоростью.

Главная героиня книги, Гидеон — рыцарь при подающей надежды некромантке Харроу Нонагесимус, наследнице Девятого дома. Обе девушки довольно юны, но каждая знает, чего хочет от жизни. Гидеон — избавиться от уз, связывающих ее с Девятым домом. А Харроу — пройти испытания Императора и стать Ликтором, обрести бессмертие в служении и спасти свой Дом от погружения в небытие. С такой противоречивой мотивацией они отправляются проходить испытания, которые оказываются еще сложнее, чем можно представить.

Гидеон — это сплошная бравада и черный юмор, подростковые дерзость и максимализм. Сталкиваясь в ужасами хтоническими и запредельными, в сюжете, который пронизан темой смерти буквально насквозь, характер главной героини создает приятный и временами забавный контраст. В каком-то смысле, как и Стивенсон, Мьюир осмысленно играет на контрастах, хотя темы и цель в этом случае, разумеется, другие.

Читай нас