Maxis. Прощай!

EA закрыла главную студию Maxis — Maxis Emeriville, известную благодаря таким играм, как SimCity, Spore и The Sims. Когда я прочитал эту новость, то мысленно вернулся назад, в детство. И вспомнил одну историю, которой хочу с вами поделиться.

Помню как вчера: мне было лет одиннадцать, и я просто обожал слушать «взрослые» разговоры. Это когда к родителям в пятницу вечером приходили друзья, с которыми они до глубокой ночи обсуждали экономическую ситуацию в стране, «ментовский беспредел» и «опять все украли». Мне казалось, что родители — революционеры, и вот-вот, только я подрасту, мы пойдем «брать власть в свои руки».

Руки наши, конечно, были честными, не то что у тех кого показывали по телевизору. У тех руки были «загребущие». И мне всегда казалось, что они ими гребут, гребут ими деньги, а затем прячут их в своих дворцах со сложной охранной системой, с огромными голодными псами, обязательно с забором, опутанным колючей проволокой под напряжением — ясен пень, только так и может выглядеть настоящий дворец казнокрада.

Я стал старше. Может, лет тринадцать стукнуло. Было лето, мы гостили у сослуживца моего отца. И как-то в разгар какого-то праздника (кажется, чьего-то дня рождения) я произнес пламенную речь, смысл которой сводился к простой идее — любой дурак смог бы управлять нашим городом лучше, чем власть. Все, конечно, посмеялись, чем страшно меня обидели: я ведь говорил то же самое, что и взрослые. Только они ведь друг над другом не смеялись! Это звучит так забавно и наивно, что даже сейчас я вспоминаю это с улыбкой.

Тогда лучший друг отца, дядя Женя, сказал мне: «Хочешь узнать, каково это отвечать за целый город?» Он отвел меня в дом, усадил за компьютер и запустил SimCity 3000. Игру, которую до этого я не видел никогда. «Удачи, но даже у меня плохо получается», — сказал он, выходя из комнаты. Я, конечно, не поверил. Дядя Женя — экономист, все знает о всяких там «биржах», «курсах» и «дефолтах». Он точно знает, как управлять городом. Значит, подумал я, решили и дальше надо мной издеваться.

К строительству города я подошел с высоты своего богатого тринадцатилетнего опыта. Дома возводились мгновенно — на тебе, мэр-ворюга, у всех в моем городе будет свое жилье! Новенькие больницы возникали по мановению волшебной палочки — на тебе, министр здравоохранения, отменяющий льготы на лечение пожилых людей! А какие дороги, какие в моем городе были дороги. Да по сравнению с моими дорогами автобаны в Германии выглядят поселковым утоптанным навозом.

А затем деньги кончились. Начались проблемы. Люди не хотели заселяться в один из районов города. То тут, то там возникали стихийные пожары. Больницы были переполнены. Я видел, как ненависть, животная ненависть поднимается в тех, кому я хотел подарить город-сад, город-мечту, город-легенду. Они не слушали меня, они игнорировали любые мои объяснения — уже не помню, но, кажется, я прямо объяснялся перед монитором, как политики объяснялись в Думе.

Господи, да я положил жизнь на этот город, а взамен получил не проспект с моим именем, не памятник в его сердце, а глухую стену непонимания. Они все от меня чего-то хотели: кто новую школу, кто магазин. Но казна была пуста. И источников для ее пополнения не было. Я слишком увлекся строительством новых жилых кварталов. Я не смог до конца оценить масштабы социальных потребностей жителей. Да я просто был обычным популистом, по которому еще несколько часов назад «прошелся» катком ненависти в своей грозной речи.

Уже позже, в университете, я прочитал не одну книгу по макро и микроэкономике, подробно изучил вопрос ценообразования, долговых обязательств и ям, теории банкротства и экономического равновесия. Я спокойнее реагировал на неубранный во дворе снег, прекрасно понимая, какой процент реальных затрат на коммунальные услуги оплачивает население. Меня перестали раздражать очереди в государственных поликлиниках, потому что для меня было очевидно, что нет такого понятия как бесплатная медицина. И я понимал министра здравоохранения, который честно говорил: ну нет в бюджете денег на эти программы, ну нет.

Я видел перед собой того тринадцатилетнего пацана, который, наверное, шел в чиновники, чтобы изменить мир к лучшему, но оказался в ситуации, когда тебя все ненавидят, когда ты во всем виноват — а еще твой друг Чубайс «все лампочки украл», а твой друг Гайдар «все разворовал»! Я знал, что мало кто из этих критиков смог бы с первого-десятого раза построить жизнеспособный город в SimCity 3000, я уж не говорю о более поздних частях. Чего же можно было ожидать от них, если бы они вдруг проснулись — и вот он, город Москва, твори что хочешь.

Была б моя воля, я бы ввел в школьную программу базовый курс экономической теории, основанный на любой части SimCity. Просто потому, что эта игра лучше любого учебника покажет, что значат такие понятия, как «бюджет», «социальные обязательства», «долг». И я уверен, что любая страна, которая пошла бы на этот эксперимент, впоследствии получила бы экономически более грамотное население. Которое хотя бы знало, что 360% годовых — это не «быстрый кредит», а «долговая яма».

Студия Maxis создала великую игру (я уж не упоминаю The Sims). После SimCity 3000 я планомерно покупал каждую новую часть. И каждый раз с предвкушением ждал новой экономической битвы, цель которой — построить город мечты. А затем сделать так, чтобы он смог выжить. И за эту серию Maxis точно заслужила звезду на виртуальной аллее славы игровой индустрии.

Прощайте, друзья. Это было здорово!