Канобу — фильмы, сериалы, игры и другие современные развлечения
Читай нас
На Comic Con Russia 2018 нам удалось пообщаться со Степаном Шмытинским — главным редактором небольшого издательства альтернативных комиксов «КомФедерация», которое выпускает работы малоизвестных широкой аудитории авторов, в том числе и андеграундные комиксы, которые издать на русском языке вряд ли бы решился кто-то другой.
На Comic Con Russia 2018 нам удалось пообщаться со Степаном Шмытинским — главным редактором небольшого издательства альтернативных комиксов «КомФедерация», которое выпускает работы малоизвестных широкой аудитории авторов, в том числе и андеграундные комиксы, которые издать на русском языке вряд ли бы решился кто-то другой.

Издательство появилось два года назад. Это был тот момент, когда у всех глаза устали смотреть на одних только супергероев. На русском рынке был в основном Bubble и прочее.

Мне захотелось издавать альтернативу, причем не «мейнстримные комиксы не про супергероев», а совсем безумные и неформатные штуки, какую-нибудь жесть, что-то потенциально коммерчески менее успешное.

При этом сначала мы покупали лицензии, которые будет легко печатать в маленьком формате, потому что это было достаточно дешево. Это были в основном русские авторы и какие-то британские издания, потому что там несложно договориться насчет прав. Потом мы увеличили книги и географию наших изданий. Этим мы хотели показать, что в принципе любой парень или девушка из Тюмени или из Екатеринбурга может издать у нас какой-то свой комикс, если он талантлив. Причем посвящен он может быть совершенно любой идее, будь то феминизм или что-то социально значимое. Любое высказывание можно передать с помощью комикса, и комикс уже такая площадка для высказывания — вот что мы сделали за эти два года.

Сейчас мы достаточно преуспели — у нас есть социальные комиксы, есть развлекательные, есть классика мирового кинематографа, например, «Арчи» или газетные стрипы финские.

Об «идеальном состоянии» издательства

В целом наше издательство как раз такое, каким я хочу его видеть, за некоторыми исключениями. Есть, конечно, нюансы, но они зависят уже не от книг, а от людей, которые над ними работают. Кроме того, реалии бизнеса в России не позволяют, например, делать все книжки такими, какими я хочу их видеть, потому что это будет дорого и их не будут покупать. Но в общем и целом мне все нравится. Особенно то, что на Comic Con Rusia, помимо кучи книг от нас, на «Аллее авторов» сидят больше десятка наших авторов и подписывают свои книги, что очень здорово.

Я уж молчу про прошедший «Бигфест», который отчасти и был сформирован «КомФедерацией».

О сборе средств на издание комиксов

На самом деле, краудфандинг — это гениальная вещь, которая очень радует, и благодаря ей я так рад тому, что живу в 21 веке.

Сбор денег на «Тюремную яму» Джонни Райана действительно не был нашим первым сбором — до этого мы собирали деньги на «Шедевральные комиксы» Роберта Сикоряка. Это было переложение классических литературных произведений, будь то «Грозовой перевал» или «Преступление и наказание» в виде классических комиксов, таких как «Гарфилд» или «Бэтмен» 60-х. Мы очень хотели ее сделать в твердом переплете, потому что это красивая книга, и такие книжки должны выходить только в твердом переплете, но финансы не позволяли сделать ее самим. И вот мы собрали необходимую сумму на краудфандинге, набили очень много шишек, но собрали; и в этом году все прошло гораздо легче. Я уже могу консультации давать по успешному краудфандингу, что иногда и делаю.

Что касается «Тюремной Ямы», то это было легче, потому что это более популярный комикс с более известным автором — очень много людей подключилось к сбору. Был очень большой фидбек в соцсетях, ребятам реально было интересно ее сделать. И книжка получилась отличной — она толстая, с ляссе и бумага в ней отличная. В общем, здорово, что так получилось. А еще у меня была группа музыкальная не так давно, и мы собирали краудфандинг на издание всех релизов — и он тоже удался. Я вообще не знаю, что нужно делать, чтобы я не смог собрать краудфандинг (смеется).

Ладно, на самом деле знаю. Так или иначе — пока мы работали, мне очень понравилось, какую команду мы сформировали, в ней были настоящие фанаты своего дела. Там был и Ярослав Тимофеев, для которого это хоть и был первый опыт работы с переводом, но в процессе создания книги он набил себе татуировку с изображением лица главного героя книги Ганнибала Факфейса прямо на заднице! Гоша Елаев работал как редактор, а Дима Осипенко, который очень много работает — правда, из больших работ у него известен только «Медный Всадник», тоже адаптация классики — занимался версткой книги. Я тоже ей занимался, поэтому получилось очень круто — всего одна опечатка на семьсот страниц — по крайней мере, из найденных!_ (смеется)._

О том, что нужно сделать, чтобы прислать свой комикс «КомФедерации»

Это забавная история, потому что, когда мы только появились, мы хотели сделать концепцию, при которой мы берем авторов, берем художников, соединяем их и они вместе работают. У нас на сайте даже была форма заявок для сценаристов и художников.

Но недавно он упал, и пришлось его откатывать, а последний бэкап был в начале того года. Идея с формой на сайте выглядела очень круто, но, к сожалению, она разбилась о реалии того, что художников талантливых в России действительно достаточно много, а вот умеющие писать авторы, которые могут сделать хороший комикс, уже нашли себе художников. И из десяти писем в неделю девять было полным бредом. Но не все так плохо, потому что хорошие идеи все-таки появляются, как, например, адаптация классики — идея того же «Медного Всадника» пришла извне, и мы нашли человека, который смог этим заняться.

Блогер Денис Оптимисстер, кстати, сейчас практикует примерно то же самое, и поскольку он мой приятель, то Денис видит, как происходит работа. Я считаю, что в этом, возможно, и моя заслуга есть. Недавно он целый сборник ужасов так собрал — люди присылали ему сценарии, они находили художников и работали. Так и называется — «Сборник ужасов».

Правда, сейчас это, к сожалению, происходит редко, потому что я по факту работаю почти один. Нам присылают действительно что-то интересное, что с первого взгляда видно. Я даю совет человеку, где найти художника, чтобы прийти к нам уже с готовой вещью, потому что в российских реалиях сейчас у таких издательств, как мы, нет возможности вкладываться в какие-то долгострои, когда мы будем следить за работой, отслеживать все, давать какие-то советы. Поэтому обычно я просто говорю — ребят, делайте, если что — спрашивайте, я помогу; художники есть там-то и там-то, иногда я даже называю каких-то конкретных людей, которые могут поучаствовать в том или ином проекте.

И даже если нам это дело не зайдет, мы можем помочь советом, куда еще комикс можно отправить. Я человек доброй души и честно скажу «есть издательство наших партнеров\конкурентов, которым это модет быть интересно». Одним из таких примеров, собственно говоря, стала«Горилла Фрэнсис». Причем, когда человек нам написал, мне сказали, что он якобы хотел, чтобы ее нарисовал Дима Осипенко, но художник был занят; автор ждал-ждал, а потом махнул рукой и сказал «сам нарисую». И нарисовал достаточно прикольную книгу. Он потом принес показать двадцать страниц, на что я ответил: «это прикольно, но я пока не могу это издать». Мы тогда решили практически полностью отказаться от синглов, а автор после этого сел работать, и у него получилась книжка с более логичным финалом-клиффхенгером.

А, кстати — «Ирвинг, злой волшебник»! Моя любимая книжка нашего издательства. Она тоже появилась примерно так — Женя Киямов, после того как мы издали его маленький фензин, позвонил мне и сказал «Степан, у меня есть идея комикса, в нем будут фашисты, радикальные феминистки, наркотики и много мата — можно ли вообще это издавать на бумаге?», на что я ему ответил «конечно можно, Женя, жги!».

Русское законодательство работает так — ты просто заклеиваешь книжку пленкой, ставишь «18+» на обложке, на всякий случай еще делаешь дисклеймер — и все отлично.

И пожалуйста — лучшая книга «Комфедерации» за все это время, из авторов СНГ.

О самых частых ошибках среди присланных работ

Очень маленький процент людей присылает что-то похожее на сценарий для комикса. Я имею в виду даже не «страница 1 — расписываем, страница 2 — меняем расположение панелей», а просто «тут будет такой ракурс, а тут иной». Обычно это выглядит просто как рассказ, напечатанный от балды. И несмотря на то, что мы активно боремся с тем, чтобы комиксы ассоциировались исключительно с супергероями и прочей вот этой фантастической фигней с суперсилами, нам все еще очень часто присылают «это про детектива, который умеет читать мысли» или «он мститель в маске» — подобного очень много.

Очень часто бывает так, что пишут в таком стиле:

  • — Здравствуйте, хотите сотрудничать?
  • — А что-таки Вас интересует
  • — Я планирую заняться комиксами и хочу, чтобы вы меня издали.
  • — А вы что-нибудь уже издали?
  • — Нет, но у меня есть сюжет, там будет про мальчика…

И ты смотришь, а ему реально двенадцать лет. Нет, я верю, что могут быть таланты в таком возрасте, но обычно ты сразу понимаешь, когда это не так. Тем не менее, я до сих пор вежливо отвечаю и говорю, «вот вы сделайте комикс, а там посмотрим». Потому что в любом случае, даже если получается какое-то говно, то человек напишет/нарисует его, сделает из этого для себя вывод и потом попробует создать что-то лучше. Поэтому я считаю, что любую работу надо доделывать, ее надо приносить, чтобы потом или исправлять, или ставить на ней крест и делать что-то совершенно новое. Большинство все равно отвалится на этапе «доделать до конца».

О комиксе «Дора»

Все началось в прошлом году. Когда был второй «Бигфест», мы еще в основном издавали вещи без особой смысловой нагрузки, а затем мы издали «Песю» Ники Водвуд. Мы выпустили его, и была очень крутая реакция у сообщества, хотя она была довольно разной. Людям могут не нравиться ее комиксы — это нормально, но есть и менее адекватные люди, которые начинают исходить на говно и т. д.

Все равно все принимают слишком близко к сердцу этот комикс, и те, кто принимает его так, даже не его целевая аудитория.

В определенный момент мне понравилось, что мы затронули действительно важную тему, несмотря на то, что многие говорят «ой да это бабло просто» — да фиг с ним с этим баблом, это все равно такие комиксы, что я до сих пор не печатаю их тиражом больше тысячи экземпляров, потому что я опасаюсь, что они провиснут. После этого я спросил Нику: «Слушай, а есть еще какие-то комиксы про активизм, которые ты мне посоветуешь?». Я так, например, самостоятельно вышел на многострадальный комикс «Дерзкие», который мы будем издавать и который никак не может выйти. А Ника сказала «Аня Консерва, рисует уже достаточно давно свою Дору, может, ты с ней пообщаешься? Было бы круто, если бы она смогла издать свою работу». Я написал Ане, она скинула мне первые десять страниц, мы договорились, что она рисует дальше, сколько ей нужно, а я буду периодически ее спрашивать об успехах.

И вот к этому «Бигфесту» я в очередной раз спросил «Как там дела?», а она ответила: «Я почти нарисовала. Давай сделаем, как договаривались изначально». Причем работа получилась отменной, я лично считаю, что это очень крутой комикс, опять же потому, что он затрагивает ту аудиторию, которую обычно не затрагивает 70% издаваемого в России, и он действительно о дружбе, о взрослении, о вот этих перепадах настроения и т. д. Это очень круто. Когда мы уже готовили его непосредственно к печати, Аня тоже показала себя как профессионал в том плане, что если мы где-то находили помарки или опечатки, она сразу все переделывала.

О Mishka Comics

Зародилась идея следующим образом — Миша Богданов, мой замечательный друг и бывший начальник (правда, подружились мы только после того, как он меня уволил) (смеется), организатор «Бигфеста» в определенный момент решил «хочу делать издательство в Америке». Полагаю, все уже знают о слиянии «Эксмо» и «Комильфо», после которого он занялся разными проектами. Миша поддерживает идею того, что у нас в России много талантов, но если они не работают на Bubble, то обычно рисуют стикеры и продают их на фестивалях или что-нибудь в этом духе. И Миша сказал: «Степан, вот у тебя куча лицензий — давай я их куплю, и мы издадим их в Штатах». А я вписываюсь вообще во все, обожаю эту тему — так жизнь становится интереснее. Я и согласился.

Мы заключили с авторами договоры, там, помимо наших был англичанин Джек Тигл и Мари Ахокойву с «Бэтуменом». Запустили и буквально за полтора месяца сумели напечатать книг, привезти их в Штаты, выступить на первом фестивале, на котором нас одобрили без какого-то бэкграунда, потому что на многих конвентах, на том же New York Comic Con и прочих спрашивают «А кто вы такие, а где вы до этого выступали?». Даже, по-моему, на Денверском «Комик Коне» надо было предоставить подтверждение, может ли за нас поручиться кто-либо из известных представителей индустрии. Я туда вписал Кевина Истмэна, потому что он бывал уже у нас на «Бигфесте» в прошлом году.

Приехали, съездили на фестиваль, было интересно и познавательно, потому что американская комикс-индустрия, даже такая ярмарочная, и русская — они совершенно разные. Хотя стол на Денверском «Комик Коне» стоит гораздо дешевле, чем на Comic Con Russia в Москве. Тем не менее, мы не отказались от этой идеи, и когда закончились дела в России, потому что мы приехали, а там «Бигфест» уже в Питере, потом «Комик Кон» в Москве, и еще в Санкт-Петербурге «МикроКомикон» в ноябре, который у нас не то чтобы очень «микро» — к нему тоже надо готовиться. Мне до конца года еще кучу книг нужно издать.

Скажу основное — лучше всего продавался и больше всего пришелся по вкусу, конечно же, «Ирвинг», потому что я лично хватал людей за руки и говорил «читайте, best of the best!». Хорошо шел «Габитус», потому что у Маши Богатовой есть своя фанбаза в интернете; «Древнерусский борщ» тоже, потому что Гоша Магер сам по себе очень известен в интернете, и он работал над «Over the Garden Wall», поэтому бывали реально случаи, когда люди подходили и говорили «о, я фолловлю этого чувака в инстаграме!», а мы говорили «а вот тут у нас еще и комиксы его, раз уж вам так нравится, возьмите и их».

А еще с нами ездил Олег Тищенков — это, кто не знает, автор комикса про кота, того самого, который еще был в ранние 2000-е был. Он живет в Канаде, поэтому ему легко было приехать. Мы сделали две книжки — одна маленькая, за доллар, вторая потолще. Конечно, его книга продавалась очень хорошо, потому что человек сидит прямо на стенде и рисует.

Так еще и сам Олег очень энергичный парень, который хватает людей и говорит: «О, а давайте я вам покажу книжки, нет, вы можете не покупать… ой! Я уже подписал ее для вас, извините. Конечно, вы можете не платить мне деньги, я не обижусь». И все такие «ах, ну ладно, держи, старина».

О планах на будущее

Насколько я понимаю, хоть за это время и было издано много авторов, мы как-то поставили все это дело на паузу и особо не думали, кого бы еще издать, хотя у нас осталось среди неизданного до конца «Голубь Геннадий» и «Преступление и наказание». После Comic Con Russia мы разберемся с «МикроКомиком» и едем на Comics Art в Бруклин 15 ноября, у нас там уже забит стол. Там Джим Вудринг сидит где-то там рядом с нами, Саймон Хансельманн тоже неподалеку — то есть интересный состав.

Проблема Денвера была в том, что, как и московский «Комик Кон», это все-таки в первую очередь фестиваль мейнстримный. То есть туда люди приходят в основном купить кружки, сувениры какие-то по супергероям и какой-нибудь рисунок молодого независимого художника, опять же с Капитаном Америка или Бэтменом. Поэтому Comics Art в Бруклине нам интереснее, поскольку больше подходит к нашему формату. Посмотрим, как пойдет, и после этого будем заниматься уже какими-то оптовиками.

О мифах о западном рынке комиксов, которые были развенчаны

Самый первый миф: «В Америке крутые комиксы». Ерунда. Там столько дерьма издается, вы даже не представляете. Все как с кинематографом, например. У нас какое-то время было очень популярно хейтить Bubble — лично я очень уважаю и Романа Коткова, и Артема Габрелянова, потому что поднять такое очень круто. Они уже который год ездят на «Комик коны» и в Сан-Диего, и в Нью-Йорк.

И вот наши комиксы, те же комиксы Bubble, по сравнению с большинством того, что издается там, на самом деле даже в более-менее мейнстримных издательствах наподобие Valiant, Boom! Studios, даже Image могут задать фору многим. При этом там люди покупают комиксы еще и чисто потому, что «о, я люблю конный спорт, ничего себе, тут есть детский комикс про лошадок для моей дочери!» и пофиг, что он ужасный. Эти лошадки нарисованы, как криповые рисунки на стенах в маленьких городах рядом с детскими садами, вот нечто подобное.

С кинематографом то же самое — американцы, которые смотрели, например, «Защитников» Сарика Андреасяна, говорили «а что, норм кинцо» — потому что те фильмы голливудские, которые выходят у нас и собирают на «Кинопоиске» пять-шесть баллов — это еще хорошие фильмы. Просто те картины, которые полный кал, банально не доходят до русского проката. С комиксами то же самое. Именно поэтому мы до сих пор не уверены в успехе, несмотря на то, что Денвер у нас получился.

Рядом с нами на выставке было издательство Seven Howling Wolves, которое делало нормальные продажи. У них на логотипе головы воющих волков.

Там такое ощущение, что эти обложки даже не из 90-х — это когда ты школьник, у тебя появился 3D-Max и самоучитель к нему, ты откуда-то скачал фигуры людей и хочешь оформить обложку своей хэви-металл группы. Это нечто подобное, и это очень смешно.

На самом деле в Америке очень много дерьма в комиксах, просто запредельное количество — там есть очень много восхитительного и стильного, но на этот процент такая стена дерьма, что вы просто не представляете.

Второй миф — в Америке жить легче, если ты издаешь комиксы. В России мы привыкли к тому, что на Западе конкуренция выше и все такое, но непонятно, почему конкуренция больше. Мы также привыкли к тому, что можно сделать что-то крутое очень быстро, как было с первым «Бигфестом», например, который собрали за три-четыре месяца. Последний «Бигфест» мы, конечно, тоже готовили, но активной работы там полтора месяца, и он получился отличным. Наше издательство собралось достаточно быстро, равно как и Mishka Comics, несмотря на то, что идея пришла к нам достаточно давно.

И многие думают, что, если ты молодой, активный и много знаешь, у тебя все получится. А вот и нет! На Западе, на самом деле, действительно очень много бюрократии. Ты, например, приезжаешь и тебе необходимо зарегистрироваться, получить лицензию на торговлю, и тут на фестивале тебя спрашивают: «А как давно вы ездите по фестивалям?». И мы в ответ «Вообще, первый раз, но бывали там-то и там-то». Потом ты хочешь отправить свои комиксы в оптовую продажу, а тебе говорят: «А каков ваш маркетинговый план на ближайшие два года?». А тебе и ответить нечего: «Да я вообще не знаю, буду ли я жив в следующем году». Если бы я знал в прошлом году, что сейчас окажусь в Америке и буду заполнять эти анкеты для оптовых продаж комиксов, я бы удивился.

Там очень много подобного — то ли все люди живут в комфорте и без потрясений, то ли еще что. «Вот тут вот заполните анкету, а вот тут отзывы про все свои книжки, а сколько у вас в Facebook постоянных читателей?» и т. д.

О Telegram

Еще один миф в мифе. Принято считать, что Telegram — это очень популярное приложение, которым пользуются во всем мире. Когда мы приехали к нашим друзьям и сказали про Telegram, возник диалог:

  • — Вон, у нас в Telegram группа, паблик есть и все такое прочее.
  • — Где?
  • — Ну, в телеграме
  • — Что?
  • — Приложение такое, типа там удобный мессенджер
  • — WhatsApp?
  • — Да нет, Telegram!
  • — Что за дерьмо? Впервые слышим/
  • — А как вы тут общаетесь-то?
  • — Не знаю, Snapchat?

Причем один из них иммигрант из России! (смеется)

О независимых издательствах в США

Принято думать, что в Америке настолько хорошо развита индустрия комиксов, что даже если ты издаешь альтернативу, то можешь продавать ее огромными тиражами, потому что в каждом городе есть магазин комиксов, и, если хотя бы один из них купит книжку, то ты уже, считай, продал тираж. Так вот это не так!

Мы разговаривали с Кевином Истмэном — а уж он-то, простите, собаку съел на издании независимых комиксов, у него свое издательство, на котором он потерял несколько миллионов долларов, издавая молодых независимых авторов и прочее. Его там поливали говном, что он только своих лоббирует — он знает об этом все. Так вот Кевин говорит: «Увы, чуваки, начнем с того, что сейчас в Америке бумажные комиксы переживают не лучший век из-за диджитала», но это цветочки.

Даже в IDW «Черепашки-ниндзя» — я, правда, не помню, говорил он про сборники или про синглы — у них там несколько десятков тысяч экземпляров печатается и продается. Следующая по популярности франшиза это «Трансформеры», и они продаются в два раза меньше, чем «Черепашки». Следующая по популярности лицензия — это G. I. Joe, и там уже цифры в десять тысяч или что-то подобное. Для сравнения — в «Комильфо», на момент моего выхода из издательства было тридцать пять тысяч экземпляров или что-то в этом роде, то есть уже гораздо больше.

А независимые — ну тысяча или две, а это, блин, тиражи в России. Потому что, на самом деле, у них магазины комиксы выкупают, а не берут, как у нас, под реализацию. Там система сделана так, что они выкупают, и это объясняет предыдущий миф — почему просят маркетинговый план. Потому что, если берут комикс, то какой-то магазин должен захотеть его взять, а никто не будет рисковать и брать его просто так, для ассортимента. Вот и получается, что в магазинах продается только мейнстрим.

Никто не рискует с альтернативными комиксами. Маленьких издательств, которые становились бы крупными игроками на рынке, нет.

«В Америке очень много дерьма в комиксах» Беседа с издателем Степаном Шмытинским - фото 1

Интервью брал: Игорь Кислицын

Паблик автора статьи «ВКонтакте»

Читай нас