Канобу — фильмы, сериалы, игры и другие современные развлечения
Вы не должны стесняться штампов. Штампы стали штампами потому что работают!Джордж Лукас
Вы не должны стесняться штампов. Штампы стали штампами потому что работают!Джордж Лукас

Сегодня все сюжеты так или иначе состоят из клише. Они повторяют друг друга, перекликаясь, будто эхо в бесконечном каньоне. Нарния звенит в унисон Библией и Властелином Колец, свежая Хроника копирует Кэрри и Акиру. Стивен Кинг переписывает у Ричарда Матисона, тот подражал американским фантастам “Золотой эры”, а на ее авторов повлиял Лавкрафт, который кое-что передрал у Эдгара По. И это нормально. Никто не сочиняет истории в вакууме. Мы живем в культуре, где текст существует тысячи лет, и наши предки давно успели придумать все неожиданные повороты.

Одним из тех, кто понял это в 40-е, был антрополог по имени Джозеф Кэмпбелл. Он разбирался с древними мифами и заметил, что все они так или иначе повторяют друг друга. В независимости от разделявшего их расстояния, разные авторы разных народов как будто сочиняли одну историю. Шумерский Гильгамеш в общих чертах напоминал английскую легенду о короле Артуре, индийскую Рамайяной, греческую сагу о Аргонавтах.

Кэмбелл разобрал все эти истории и много других и вывел общую формулу. Антрополог назвал ее “мономифом” и рассматривал, как архетип эпичных историй. Она подробно описана в книге “Герой с тысячью лиц”.

Вот эта формула в чуть сокращенном виде:

1. Герой – гражданин обыденной жизни, ест хлеб, пьет чай, но вдруг ему на голову сваливается “инвайт в приключения”.
2. Герой, скорее всего, отказывается. Все знают, как это бывает: семья, работа, любимый БДСМ-клуб.
3. Однако тут приходит на выручку “сверхъестественная помощь”. Предположим, совет или пинок от мудрого учителя-старика.
4. Герой переходит порог между обычной вселенной и миром приключений.
5. И жалеет о своем решении. Начинается инициация, герой проходит череду тяжелых испытаний.
6. Заодно встречает “Богиню”. Это может быть женщина или, скажем, луч света. Он (она-оно) будет олицетворять все светлое в этой истории. В этот же момент герой может потерять девственность.
7. После чего его ждет конфликт с главным злодеем-авторитетом.
8. И, конечно, перерождение. Пройдя череду испытаний, он уже никогда не будет прежним.
9. Затем герой схватит главное сокровище истории, то, зачем он отправился в путь.
10. Перейдет порог между двумя “мирами”
11. И вернется в исходную точку.

Замечу, что схему не стоит рассматривать, как жесткий каркас, в зависимости от истории, ее кусочки могут пропадать совсем или меняться местами.

Это было бы обычным исследованием, если бы про мономиф не узнал Джордж Лукас, за которым подтянулись студенты киношкол и молодые писатели. Постепенно, из архетипа мономиф превратился в шаблон. “Герой с тысячью лиц” стал настольной книгой начинающих авторов и его начали использовать, как каркас для новых сюжетов. Король Лев, Матрица, Гарри Поттер – все эти и многие другие истории написаны по схеме мономифа. Симба, Нео, Гарри fucking Поттер – каждый из них отправился на приключения, покинул привычный мир, встретил ментора и “богиню”, прошел череду испытаний. Каждый из них почти умер и вернулся чуть-чуть другим.

Сегодня мономиф используют, как во имя добра, так и наоборот. Некоторые критики переживают, что схема постепенно превращается в “книжку-раскраску” для авторов, которые, не понимая, как работает мономиф, боятся отойти от шаблона на один шаг. Приблизительно так в фильмах и книгах появляются бестолковые сцены с возвращением домой и блядоватые ненужные “богини”.

И тем не менее у мономифа – светлое будущее. Скажем, в последнее время “Герой с тысячью лиц” стали открывать для себя сценаристы видеоигр. Кен Ливайн написал по нему Bioshock, разделив обыденный и магический мир тонкой плоскостью водной поверхности. Лаконичная Limbo утянула из схемы крохотные черты (“богиню” и цикл). Видно, что мономиф идет играм на пользу.

PS: Отдельно стоит упомянуть Bioware, которая обвязала мономиф вязанкой собственных штампов и успела заездить до безобразия.