Стрим-центр6 в эфире
Больше публики, больше ранг, и море общения Fuzzy45 стримит Overwatch
☠ Капитан XopBaT ☠ DreamSails стримит Hearthstone: Heroes of Warcraft
Превозмогая ХК leegumbo стримит Path of Exile
stream center intro slide 1

«Канобу» и «ВКонтакте» запускают «Стрим-центр» — сервис для тех, кто любит смотреть и проводить прямые трансляции. Наш сервис поможет делиться стримами с «ВКонтакте», Twitch и YouTube и обеспечит новую аудиторию, которой будет интересен именно ваш контент.

«Стрим-центр» доступен на любой странице «Канобу» — достаточно нажать на стрелку в верхнем правом углу и развернуть сетку с активными стримами. Вы также можете открыть чат, кликнув на иконку сообщения в правом углу.

Кнопка «Добавить стрим» позволит поделиться прямой трансляцией. После нажатия вы увидите три активных поля. В первой строке нужно вписать адрес канала, остальные поля заполнит наш сервис.

stream center intro slide 4

Делиться стримами — это просто! Попробуйте сами. Обратите внимание, что после добавления стрима ваша трансляция сначала отправится на рассмотрение модераторов.

0 2 242
12 мин.

Сказ.. (часть 2)

Сказ.. (часть 2) - Изображение 1

***Наивная, кто будет тратить на тебя драгоценные патроны. Залитая в них эссенция слишком дорога, чтобы тратить их на милую неку. Кошку можно убить одной оплеухой. Но... Её отчаянный крик, её любовь — опалили бледную кожу... огненным океаном ревности, и Тео выстрелил в неё. Выстрелил в неё почти в упор!.. Но — уже падая на пол... теряя сознание от страха...Страх-любовь!Пороховые газы толкнули Са в спинку, обдавая жалящими искрами. Ослепительная вспышка! Взлетели алые брызги...Страх-любовь!..Сати упала на землю, и по ушам прокатился пронзительный птичий вскрик. Отчаянный человеческий вопль...— Нет!!!... САТИ!!!!...Огромная пуля рванула правое плечико, развернув лёгкое тельце, но не впилась в него, а прокатилась вскользь — оставив жутковатое, но не опасное ранение...Ещё никогда она в своей короткой жизни не испытывала такую сильную боль.РЕВНОСТЬ!!!!Флёр рухнул на землю, покатившись кубарем, ломая пушистые крылья. Вскочил, побежал к своей неке (к своей ли? Бросил, не защитил), теряя пушистые каштановые крылья. Между крошечными пальцами неки, зажавшими рану, заструились быстрые алые струйки.Страх-любовь!..Частые удары узких пушистых ступней, прыжок!.. Флёр перемахнул через заборчик, и упал перед ней на колени. Сати лежала на дорожке, выложенной из поросших мхом камней, и вокруг её плечика расплывалась лужица крови...Охотник свернулся в клубочек.Полуголое тело тряслось, будто на оголенном проводе. Зелёные глаза закатывались... Тедди не боится смерти. Не боится врагов. Злые люди вырезали у Тедди любовь...— Са!!!..Флёр прижал неку к себе, быстро оглядел — ЖИВА! — и прижал пальцы к ране. Узкая кисть руки налилась золотистым теплом, просвечиваясь почти насквозь, как воск горящей свечи. Вырывающаяся толчками кровь быстро останавливается. Боль уходит...Страх-любовь!..Охотник вскакивает, хватает револьвер. Из его носика течёт кровь. Его бросает на стены...Страх-любовь! СТРАХ-ЛЮБОВЬ!..Тяжелый револьвер глухо стукнулся об пол, и Тео вырвало, едва не вывернув наизнанку. Убил всех... всех, кого любил. Всех, кто любил его... Лишь братик остался. Братик. Дурацкая летучка Флёр...РРРЕВ!!!НОСТЬ!!!!Кровь почти не сочится между светящихся пальцев. Грифон прижимает неку к своему теплому телу. Согревает её, обнимая крыльями — будто птица, прячущая птенца.— Не бойся, маленькая. Не бойся. Всё хорошо. Хорошо... Мы сейчас улетим... улетим отсюда...Извивающееся, блестящее от пота тельце, падет на пол в гостиной — и почти разбивается от боли, будто фарфоровая кукла. Личико гримасничает под прилипшими спутанными прядями. Охотник собирается с силами, и трясущие руки вынимают принадлежности для инъекции. Судорожными движениями перетягивает белое предплечье эластичным жгутом.Страх-любовь...Флёр бережно берет девочку на руки. Поворачивает к дому спиной, коротко разбегается, подпрыгивает, громко хлопнув крыльями, и они резко взлетают вверх...Сердца бьются друг в друга.Это ближе чем секс — сближение на краю гибели, безумный страх потерять... ОБРЕТЁННОЕ.МОЁ.Тео делает несколько инъекций одноразовыми шприцами, надевает свой пидорский свитерок, натягивает дурацкие очки-консервы на смешливые тёмно-зелёные глаза. Не торопясь, выходит в прихожую, покачивая головой в такт музыке. Изящно изогнувшись, подбирает револьвер и танцующей походкой выходит из дома. Теперь это будет его домик. Корпорация подделает все необходимые документы, комар носа не подточит. На личико падет солнечный свет, и мальчишка кривит окровавленные губки. Всё медленней бьется холодное отравленное сердечко: страх-любовь! Страх-любовь! Страх-любовь! Страх-любовь!..Теодорос закидывает пластинку жвачки в рот, и поднимает свое огромное оружие — легко держа его на весу. Небрежно прицеливается в удаляющиеся фигурки. Вспышка! Грохот!..Рука бьет по револьверу, будто в ковбойских фильмах. Жужжащие осы вырывают облачка перьев из мягких крыльев. Химера падает вниз, но тут же выправляет полёт.— Банг! БАНГ!..Смерть пролетает мимо головы Флёра — выдрав пушистый клок из шапки волос. Другая скользит по ноге. Брызги светящейся крови!.. Тео усмехается, перемалывая острыми зубками пластинку жвачки — со вкусом его крови, и стреляет ещё раз. Мимо...Остался один патрон. Всё, хватит баловаться...Охотник преклоняет колено, крепко держит револьвер обеими руками — и целится в крылатую фигурку, — плавно исчезающую между пятнами ярких лучей. Весь мир для него окрашивается красным. Каждая травинка, облака и даже ненавистное солнце — подрагивают от его жажды.— Не бойся, Са. — Флёр попытался ободряюще улыбнуться, крепко сжимая её в объятьях. Тонкая шелковистая кожа делится с ней теплом и золотистым сиянием, вливая в неё силы. От её раны не осталось даже шрамика... — Всё уже позади.Нека почувствовала сотрясший Флёра удар — охотнику удалось подстрелить его в крыло. Солнце пару раз крутанулось вокруг, в лица бросилась радостно-зеленая трава. Флёр несколько раз судорожно взмахнул крылом, и ему удалось смягчить падение, принять удар на себя.Охотник сплюнул жвачку, и не спеша пошел к ним.С такого расстояния трудно рассмотреть детали, но было понятно, что мальчик отбросил револьвер, и вынул блеснувший кусочек стали. Поиграл им в воздухе, подняв над лохматой головой.Вколотые эликсиры превращали его в чудовище. Забирали страх-любовь. Он ещё поплатится за это чуть позже, но сейчас... сейчас он чувствует себя на небесах. Мир сам несёт его вперёд, даже мышцы напрягать не надо. Нелепые очки охотника ярко светились, как два ярких фонарика, отражая жаркий огненный свет. Флёр помог неке подняться, и ласково ей улыбнулся. Кровь, стекающая из раны на бедре Флёра, почти остановилась, но вместе с ней вытекли и последние капли магии. Перебитое крыло — бессильно свисало за узкой спиной...— Подожди меня здесь, Са. — Грифон знает, что она всё равно не уйдет, не убежит — даже если будет её умолять. — Я сейчас... быстренько разберусь с ним, и сразу же вернусь. Хорошо?Флёр обнимает её — своими длинными сильными руками, прижимается мягкими губами к забрызганной алым щеке. К губам... к маленькому умному лобику... И снова — к маленьким ярким губкам. К уголкам губ. Трудно оторваться...Даже если ты химера. Магическим образом созданная дрянь — балдеющая от пьянящей тебя магии. Забывающая, что было вчера. Полчаса назад...Полёт в вихре пьяных иллюзий.— Не бойся, маленькая. Это... всего лишь человек.Химера отстранила от себя девчонку, и крылатое чудовище пошло навстречу к убийце. Теодорос слегка пошатывался, кровь бежала из белого носика, пачкала тонкий полосатый свитер — туго обтягивающего ребристый торс. Похоже, на него негативно влиял солнечный свет. Нож блеснул в воздухе, переворачиваясь сверкающим осколком, возвращаясь в подкинувшую руку. Флёр попытался выдвинуть когти, но ногти лишь заострились и отвердели, отказываясь превращаться в иглы.— Ну и ладно. Так обойдемся... Не страшно...Противники медленно сходились на ярко-зеленой лужайке.Где-то вдали виднелись дома. Нужно было лететь к лесу, а потом прятаться в его кронах, закрыв обоих магией. А он сдуру рванул не туда, а теперь еще и магия иссякла... Охотник высунул окровавленный язычок, и тихо рассмеялся — показывая белые острые зубки. — Доброе утро, братик. — Ледяные глаза прятались за пёстрыми бликующими стеклами. Страх-любовь. Страх-любовь. Страх... любовь...Флёр улыбнулся в ответ. Сходящиеся юноши были очень похожи — будто два брата-близнеца. Как две половинки одного и того же человека. Кто разделил этого человека на части? Зачем?..Тедди не страшно.Злые люди вырезали страх, спрятали в сердце. Страх-любовь, каштановая птица похоть — бьются холодным комочком в белокожем теле. Выворачивают его наизнанку. Тео боится тех, кого любит. Ненавидит тех, кого хочет...Ослепительно вспыхнули золотые глаза. Грифон раскрыл рот в яростном вопле, но вместо него — раздался птичий, пронзительный сдирающий кожу крик.***Они стояли, обнявшись.Прозрачное железо воздуха разжало тиски, плавно сдвинулось, размягчаясь теплым ласковым ветерком, соскальзывая назад, вдоль тихо шуршащих крыльев, невидимыми цепями и колодками падая с высокого крылатого силуэта. Крик медленно затихал, дрожа в колышущихся травинках, в бесчисленных слезинках росы. Солнце ласково высушило их, и они продолжали стоять, обнявшись...Несколько долгих минут...— Сати... где она? — тихо спросил Флёр.— Она здесь, — прошептал ветер. — Здесь, рядом с тобой.— Хорошо...Грифон погладил темные прохладные пряди брата, и охотник, всхлипнув прижал плотнее холодную голову к его плечу. За треснувшим стеклышком нелепых очков смежились веки, роняя слезу...— Не плачь, То.Здоровое крыло химеры расправилось, и Флёр, ласково прижимая к себе плачущего мальчика, укрыл крылом, утешая...Пылинки цветка, едва ощутимые, хрупкие частички любви, мягко плыли над мягкими волнами травы, гасли один за другим, и до вцепившихся в друг друга врагов не долетела ни одна из них...Тишина природы - отступала, съеживаясь, под давлением звенящей, тяжелой тишины молчащих людей. Солнце закрыла огромная тень. Над Сати, чуть побледневшей от потери крови, растрепанной и диковатой — будто лесной цветочек в маленьких пальчиках, возвышалась живая дышащая скала. Огромный, поглощённый лесом валун — сердце леса, сбросившее с себя его плоть...Хозяин Флёра выбрался наружу.Из цветка вылетел последний огонёк, и рука гиганта — с длинными пальцами и звериными когтями, плавно опустилась. Это был очень высокий человек со смуглой, золотистой-красной кожей и большими тяжелыми рогами, напоминающими оленьи. Массивная атлетическая фигура покрыта тончайшей вязью татуировок — со странными растительными мотивами...Несколько долгих секунд хозяин Флёра смотрел на застывших противников, и тяжелая, гладко выбритая голова резко повернулась к девочке — будто танковая башня. Тяжело мотнулась тяжелая черная коса — с вплетенными в нее алыми лентами.Гигант шагнул к девочке, встав к ней почти вплотную, крылья тонкого носа раздувались от гнева. Он был обнажен, на теле сами собой плавно развевались ожерелья, украшения из осенних листьев, золота и драгоценных камней. Могучие мышцы блестели, покрытее чем-то, напоминающее масло, от его запаха кружилась голова. Обжигающе горячая ладонь легла на тонкое красивое плечико, и его лицо — по-женски красивое, с высокими скулами, чувственными губами, тонким породистым носом и большими светящимися глазами, опустилась к личику неки. Пьянящее дыхание монстра шевелило нежные пушинки на кошачьих ушках...— Кто дал тебе этот цветок? — от негромкого, густого голоса земля вибрировала под ножками Сати. Бешеные глаза плавно меняли цвет от красного к золотому. — Кто... посмел влезть в мои дела?Флёр мягко поднял его — так, будто Теодор ничего не весил. Из-под ногтей, погрузившихся в бледный торс, стекали струйки крови. Отчетливо трещали кости. Тео жалобно закричал, выгибаясь дрожащей дугой в руках крылатого...Его раны сейчас почти мгновенно затягивались, но это сейчас мало его успокаивало. Тео дрожал от ужаса. Эликсиры не помогали...Одержимый швырнул его, и охотник покатился по траве — с такой скоростью, будто его бросили из осадной пращи. Казалось, что после такого в неё нём не должно будет остаться ни единой целой кости...Сати увидела катящегося по траве мальчика, и длинный палец со звериным ногтем мягко ткнулся в её подбородок, приподнимая его.— Отвечай.Губы чудовища почти касались её лица, и его дыхание действовало на неё, как дурманящие ароматы — с той самой поляны, где Флёр изнасиловал Каэнара.Грифон упал на колени, тяжело дыша, дрожа от боли. Ухватился за рукоять ножа, торчащего из живота, и медленно потянул из себя. На траву хлынул поток алой крови, и до Сати донесся оглушающий грифоний рев, будто Флёр был сейчас в образе чудовища, а не хрупкого, стройного юноши. Сжавшийся в клубочек Тео медленно приподнялся и сел, стаскивая разбитые очки с окровавленного личика...Окровавленный нож упал в красную траву.Грифон не торопясь подошёл к мальчику, сжимая медленно стягивающуюся рану на животе. Перебитое крыло почти срослось. Тео попытался вскочить на ноги, и через мгновение мощный удар ногой подкинул, перевернув в воздухе, и мальчик вновь покатился по траве. Из пальцев Флёра выдвинулись длинные спицы когтей. Он сделал шаг к сжавшемуся, хрипящему подростку, намереваясь добить его.Застыл на месте, чуть шевеля ушками...Резко повернул голову, и золотистые глаза округлились от удивления.— Хозяин?..Тео вновь — упрямо встал на ноги, и покачиваясь, направился к лесу, прижимая руку к сломанным рёбрам. Задание провалено, но он... должен выжить.***Страшный удар сотряс землю, и Флёр едва не упал на колени. Прижал ушки к голове. Домик Сати, кажущийся отсюда игрушкой, отозвался звоном разбитых стекол. Что? Землетрясение?.. Юноша отнял руку от раны. Ещё раз поглядел на широкую спину. За ней плавно развевалось подобие легкого плаща — из ничем не скрепленной друг с другом, парящей в воздухе золотисто-алой листвы.— Помоги же ей! Чего ты ждёшь?..Флёр удивленно оглянулся, дернул косматым ушком.— Кто это? Кто говорит?..— Ветер.— Что за чушь...БООООММММ!Ещё один удар сотряс землю...На этот раз — гораздо сильнее. Будто огромный великан приближался — делая медлительные, размеренные шаги. Химера повернулся к лесу, и поморщился — с хрустом расправляя крыло. Охотник в очередной раз плюхнулся в бурую листву, и теперь копошился в ней, возил по листьям залитым кровью личиком, и пытался встать. Флёр оскалился. Из груди вырвался злобный смешок.— Куда это ты собрался, братик?Яростный порыв ветра разметал каштановую гриву, распахнув лёгкую рубашку, едва не сбил с ног...— Что с тобой, Флёр? Ты же обещал, что будешь защищать!..— Я Пирр! — прорычал юноша. Зашипел, выставляя когти. — Прочь из моей головы!— Ты сказал ей... чтобы она не боялась!..— Замолчи.Флёр упал на дрожащую, сотрясающуюся землю. Стиснул голову руками — запустив длинные пальцы в каштановую гриву...— Говорил, что любишь.— ПРРРОЧЬ!!! — извивающаяся фигурка начала покрываться перьями.Подвижное краснокожее лицо стало почти человеческим. Дух коснулся сияющей преграды. Медленно обошёл вокруг нимфы, почти не касаясь травы — тяжелыми, медными ступнями. Золотистые переливающиеся глаза избегали взгляда нимфы, он смотрел во вновь посветлевшее небо. На вздрагивающий тяжко лес.— Как я могу... оставить его? — в тяжелом, вибрирующем голосе чувствовалось... сожаление? — Тебе ли не знать этого, светлая? Флёр исчезнет, если я покину его. Он умер... когда мы проникли в него.Татуировки шевелились на лоснящемся теле, будто живые. Сбивали с толку. Чудовище плавно ходило вокруг нимфы и маленькой неки — сжавшейся у живого облака благоухающего платья.— Он одержимый, светлая. Ты знаешь правила игры. Теперь лишь шаманка и лес могут решать его судьбу. Не я, жалкий никчемный дух...Рогатая голова наклонилась. Большие глаза вспыхнули, наполняясь кровью...Впились в Сати.— Не верь ей... девочка. Древняя решила, должно быть, поиграть с тобой. Или сошла с ума... Ей не прервать игру. Многие столетия проводится Дикая Охота, и светлые не вмешиваются, не мешают нам...БОООООМММММ!!!— Тебе знаком принцип меньшего зла? — красивые губы шевелились, проникая шёпотом в кошачьи ушки — и его слова будто звучали в головке неки. — Светлый никогда не допустит, чтобы причиняли зло — невинным...Весь мир плавно приближался к Сати, и она не сразу поняла, что мироздание движется не полностью, а лишь одной своей частью — настолько ЭТО было большим. Оно заполняло собой весь обзор, надвигалось медленными, неторопливыми шагами. Воздух наполнился стонами и воплями тысяч людей. Лесной дух простёр мощную руку к приближающемуся титану.— Знакомься, девочка. Это Гринворт.Исполинская фигура сделала шаг, и Сати увидела, из чего он состоит. Кожи не было, а мышцы ему заменяли бесчисленные тела обнаженных людей — плотно прижимающихся друг к другу. Похоже, для постройки ЭТОГО действительно использовали весь Гриноворт.Позади них с травы медленно поднимался могучий зверь — чудовищный и прекрасный. Птица и зверь, слившиеся вместе. Похоже, Пирр победил...Ещё шаг, и когда многотысячный хор стал полностью нестерпимым... великан бесследно исчез. Стонущее эхо втягивалось в хохочущий, хихикающий на все лады лес. Между деревьями шевелились бесчисленные уродливые тела.— Так может быть, девочка... Так было. Но мы больше не делаем шагающих городов. Вместо этого... светлые позволяют нам совершать Дикую охоту — один раз в год. Выбирать тех, кто угоден нам, вселяться в них — и забавляться в мире живых. Принцип... хм... меньшего зла.Демон перестал улыбаться. Смех и хихиканье оборвались.— Забирай девчонку, раз уж она принадлежит тебе. А Флёр...Грифон налетел на него каштановой бурей, и чуть было не сбил с ног — вцепившись мощными когтями. Клюв вырывал огромные клочья плоти из мощного тела, и на траву сыпались лисья, драгоценные камни и разорванные ожерелья. Великан покачивался под весом повисшего на нём грифона, мощные руки сжимали Флёра — с хрустом ломая кости. Несколько секунд они боролись, а потом "хозяин" бесследно исчез, и на траве остался едва дышащий крылатый полуживой юноша. "Хозяина" не было здесь — по крайней мере, во плоти, и Флёр боролся не с ним, а лишь с самим собой. И ему удалось на время загнать демона внутрь себя...Но полностью избавиться от него он уже не мог — в этом дух не соврал. Одержимый не может жить без вселившегося в него демона. Флёр повернул лохматую голову к Сати, попытался встать.— Сохатый... Достал... своей болтовней.Пухлые губы слабо улыбнулись.— Прости... что так долго.***Грохот разорвал что-то хрупкое... что было в воздухе. То, что натягивалось паутинками, связывало события. Натягивалось до звона...Хлынул дождь.В глубину леса ушёл искалеченный белокожий мальчишка, получивший по заслугам — как и полагается злодеям в сказках. Ушёл навстречу безумию. Может быть, Тео до сих пор ходит в глубине колдовского леса, и духи морочат ему голову, внушая, что он по-прежнему воин корпорации, выполняющий её задания. Да, Теодорос сполна был наказан за страх и боль маленькой Сати.Флёр лежал так долго, что казалось, будто он уже никогда не встанет, а маленькая кошечка сидела рядом, прижавшись к нему, и ждала, ждала, когда он встанет, заговорит, и дождь прятал её слёзы. Золотистые глаза, почти не светящиеся, приоткрылись. Юноша сел, опираясь о девушку. Каждое движение здесь... причиняло сильную боль. Химера встал на колени, обнял её. Прижал к себе, оскалившись от боли, обнимая кошку крыльями, пряча её от дождя. С кончиков длинных перьев капала алая вода. Долго не размыкались объятья, и длинные пушистые пальцы гладили худенькую спинку, облепленную рыжей гривой. Нам некуда идти, сказали объятья. Мы должны расстаться — произнесли губы — осторожно лаская хорошенькое лицо... под струями проливного дождя. Хотелось назвать его милым, но... до чего же надоело это слово.Крылья плавно сомкнулись за спиной, и на траве и плечиках Сати осталось несколько окровавленных перьев.
#канобуведьмак
Часть 1

2 комментария

Хроники Белого сада: запись первая